Paul V. Ushakov,
Altai Academy of Economics and Law,
Associate Professor of Philosophy,
PhD, docent
Barnaul, Россия
Парадокс современной цивилизации заключается в том, that the humanity of, достигнув фантастических высот в технических средствах промышленно-сти, construction, space exploration, in gene manipulation, etc., до сих пор не может наладить мирное сосуществование людей, выработать нравственные основы жизни, сохранять материнскую среду нашей жизни – природу, побороть тяжелейшие болезни человека. Налицо глобальное противоречие между возможностями человеческого интеллекта и его катастрофическим движением социальных сил по планете.
По-видимому, что-то нарушено в цивилизационном процессе развития, если человек не в состоянии налаживать гармонию в своем организме, в об-ществе, в отношениях с природой. Поэтому выход из этого ускоряющегося движения к цивилизационному, нравственному и экологическому тупику может быть, в том числе, в возвращении к собственным здоровым гармоничным основам существования. Они были известны нашим предкам, четко различавшим правду и кривду, имели место в традиционных культу-рах, но затем утратились в погоне за прибылью в ускоряющейся бизнес-эволюции.
Возвращаясь к анализу традиционных культур разных народов, мы ви-дим некие общие основы их бытия, которые формировались вне зависимости от их географического проживания, а также специфику их проявления в разных природно-географических и социокультурных условиях.
Можно полагать, что внерациональные способы познания мира – ощу-щения, восприятия, представления (память), созерцание, интуиция и т.п. – возникли раньше рациональных (как высших и более сложных). Они развивались в обыденном народном, мифологическом, religious, мистическом познании и т.п. формах освоения мира. Это происходило, например, в шаманизме, в мифах, искусстве, религии и т.д.). Вероятно, такого рода «пред-методология» (как совокупный опыт познания мира нашими предками, передаваемый из поколения в поколение) возникла еще на уровне общинной организации человека.
В то время самоосознание, саморефлексия индивидов были еще не вы-ражены, либо выражены слабо. Но несмотря на отсутствие рефлексивого компонента в познании и сознании, there was a direct experience, с одной стороны, практики обеспечения материальной жизни и соот-ветствующих знаний, а с другой – многообразный опыт «духовного виде-ния», «общения» с духами и богами, который накапливался в течение тыся-челетней эволюции первобытнообщинного строя человечества. Способы по-добного отражения, взаимодействия с миром передавались посвященным. Например, такой неординарный опыт отражался в знаниях и техниках шама-низма, который в наших предыдущих работах был обозначен нами как про-томистицизм [10; 11]. Он формировался и существовал в исторически первозданной (архаической) форме еще в первобытной культуре [3; 9; 12; 13]. Мистика с греческого дословно означает «тайна» и представляет собой желание и способность людей проникать в тайны мира. Эта деятельность может быть чисто познавательной, based on live curiosity, growing interest, vital needs of individuals. But in some cases it becomes quite practical sense, performing a series of social functions. В этом случае она переходит в разные виды деятельности – шаманские практики, магию, колдовство, психотехнические практики, аскетико-мистические религиозные практики, множественные религиозные ритуалы, узкие практики-действа ряда мистических сект и т.п.
В своей познавательной роли мистицизм формирует новые пласты зна-ний человечества. А в практической деятельности он выполняет вполне ощу-тимые социальные функции в традиционных народных культурах, в мисти-ческих культах и обрядах, в разнообразных религиозных практиках и ритуалах, в современных манипулятивных технологиях и т.д. При этом воздействия на людей могут быть весьма разнообразными: от оздоравливающих и позитивных – до негативных, с измененным состоянием сознания, деформацией здоровья и поведения человека [2; 3; 4; 6; 11]. Именно поэтому необходимо знание мистицизма и проявлений его в современных условиях. Мистицизм также весьма интересен как особая форма приобщения к корням собственной народной культуры, поскольку все народы нашей планеты имели это древнейшее мистическое начало.
It should be emphasized, что мистицизм, появившись на заре человечества, не потерял своей актуальности и в современном обществе. Но за длительный период социальной эволюции он претерпел развитие. Поэтому мы выделяем несколько социокультурных форм мистицизма. К ним относим следующие.
1. Протомистицизм, существующий в исторически первозданной фор-ме, сформировавшейся еще в общинном строе и получивший особое разви-тие, например, в шаманизме [4; 7; 9; 12]. 2. Trivial (non-religious) Mysticism, associated with the folk traditions, с верой в сверхъестествен-ные явления в широких слоях населения. 3. Сектанстский мистицизм, свя-занный с определенными мистическими культами религиозного или нерели-гиозного содержания в малых замкнутых социальных группах, который мо-жет не только положительно, но часто и отрицательно отражаться на здоро-вье людей. 4. Традиционно-религиозный мистицизм, связан с верой в Бога и с определенными мистическими традициями культурно-исторических форм господствующей (в определенном обществе) веры (православия, мусульман-ства и т.д.). 5. Spiritual and religious, spiritual and secular mysticism (mystical theology, scientific and philosophical intuition, etc.). Distinguished between these types of mysticism, there are different kinds of transitions.
Naturally, that each of the above types of mysticism plays its role in society. Поэтому невозможно говорить о социальной роли «мистицизма вообще». Иными словами, в связи с реальным многообразием сверхъестественных и трансцендентных сущностей, существуют и разные формы присутствия мистического и мистики в социальной жизни. А от того, в каких формах существует мистицизм в обществе (в архаической, обыден-ной, сектантской, традиционно-религиозной или высшей духовной – религи-озной и светской, или же в смешанных формах) и какие его виды преоблада-ют в те или иные периоды социальной жизни, такие социальные роли он и приобретает. Таким, в значительной мере, оказывается и общественное мне-ние по данному вопросу. Поэтому, если не превращать мистицизм в «соци-альное пугало», а отнестись к проблеме глубоко профессионально, с учетом реального многообразия данного феномена и разных форм его воздействия на обыденное, религиозное и научное сознание, исследовать мистицизм с широких общефилософских, религиозно-философских и религиоведческих позиций (как Н.В. Абаев, В.П. Алексеев, Н.А. Бердяев, А.В. Иванов, YA. Кимелев, Е.А. Торчинов, М. Элиаде и ряд др. scientists), то мистицизм пред-стает как важный и интереснейший в своих проявлениях социокультур-ный феномен.
В отношении древнейшего религиозного постижения мира – как осно-вы всех современных форм мистицизма – Е.А.Торчинов отмечает: «Именно религиозный опыт является фундаментальной основой феномена религии» [9, с.26]. Под религиозным опытом понимается вся совокупность религиоз-ных чувств и переживаний. К нему относят любые психические состояния, связанные с исповеданием любой религии. Глубинные религиозные пережи-вания попадают под рубрику мистического опыта, мистики, мистицизма (с греч. мистика – тайное, сокровенное). А методы постижения глубинных трансперсональных состояний называются психотехникой [там же, 26]. Во-просами религиозного опыта занимались такие русские религиозные фило-софы как И.Ильин, Н.О.Лосский, В.С.Соловьев, в восточном направлении – Е.П.Блаватская, Т.П.Григорьева, П.Гурджиев, Е. и Н.Рерихи, П.Д.Успенский, и др.[5; 6; 13 и др.].
Богатый материал в исследовании такой формы протомистицизма, какshamanizm, представляют труды А.В. Анохина, In. Радлова, Л. Потапова, А.М. Сагалаева, М. Элиаде и др. [1; 7; 8; 12].
Шаманизм – одна из наиболее древних религиозных традиций человечества, предшествующая появлению мировых религий. Языческие верования, связанные с почитанием духов предков, духов Неба и Земли восходят своими корнями к глубокой древности – неолиту, и возможно даже палеолиту. Шаманизму посвящены сотни книг. Большинство исследователей шаманизма сходятся во мнении, что древние шаманские техники известны во всех уголках мира и поразительно схожи между собой, но с другой стороны, имеют и свои специфические особенности. Notably, что эти древние духовные практики фактически не изменились за всю историю человечества и сохранились до наших дней.
По мнению М. Элиаде, магию и магов мы встречаем почти во всем мире, тогда как шаманизм представляет собой особую магическую «специальность», которую мы выделяем особо: «укрощение огня», ма-гический полет и т. д. По этой причине, хотя шаман является, помимо всего прочего, также и магом, не каждого мага можно определить как шамана. Это же относится и к шаманским исцелениям: каждый знахарь является целителем, но только шаман обладает своими особыми методами. Что касается шаманских техник экстаза, то они не исчерпывают всех разновидностей экстатических переживаний, зафиксированных в истории религий и религиозной этнологии; поэтому нельзя каждого экстатика считать шаманом: шаман является специалистом по трансу, во время которого его душа, как принято считать, покидает тело, чтобы подняться на Небо или спуститься в Ад [12].
Ученые отмечают, что в этимологии слова «шаман» современная наука не пришла к единому мнению. Так, М. Элиаде утверждает, что слово имеет тунгусское происхождение и употребляется в такой же фонетической форме. Другие языки Центральной и Северной Азии знают соответствующие поня-тию «шаман» термины «ойун» (Yakutia), боге, бо, удаган (Монголия), кам (Altai) и прочие. Специалист по алтайскому шаманизму Л. Потапов при анализе китайских летописей I тысячелетия до нашей эры обнаружил сведе-ния о наличии у хуннов – одной из генеалогических ветвей алтайских тюрок – Ши, приносивших жертвы духу Земли и, вероятно, имевших отношение к интересующему нас явлению. Династийная история «Бэйши» также содер-жит информацию о наличии у народа юебаний, родственных тюркам, «вол-хвов», "Koldunov», capable of influencing the weather because of their magical stone poison-tash [12].
Душа – суна – относительно самостоятельна и может отделяться от те-ла и существовать без него. Суна могут видеть ясновидящие – коспокчи – в виде фигуры человека; о присутствии суна дает знать внезапным и продол-жительным лаем собака. Различают несколько видов душ в человеке, с по-мощью которых шаман совершает свои Магические действия.
В экстатических путешествиях шамана участвует не он сам, а его суна вместе с двойником жертвенного животного (например, коня). Шаман при-зывается к путешествию, when the soul of a deceased person descends into vicious kingdom Erlik as alri and becomes a carrier of diseases for living. Относительно качества самого «путешествия» шамана в специальной литературе существуют разногласия, связанные с аспектом рассмотрения феномена шаманизма. Если М. Элиаде, А.–Л. Синкала, А. Анохин, In. Радлов и другие акцентируют факт наличия экстатических техник (and, М. Элиаде и А.–Л. Синкала настаивают на наличии виртуозно разработанной психофизической методики транса), то Л.П. Потапов категорически настаивает на том, что шаман, например, на Алтае, был вполне здоровым и нормальным человеком, а потому явление шаманизма имеет значение как историко-этнографический и социальный феномен [7].
Подчеркнем, что практически во всех мистических культах особое зна-чение занимал огонь. В итоге повсеместно на планете и в разные историче-ские периоды существовал культ огня. Огонь стал тем археэволюционным основанием, которое отделило род человеческий от мира животного. Именно с тех древнейших времен, когда человек научился использовать огонь, со-хранять и охранять огонь, а затем и производить огонь, он стал собственно человеком. Именно поэтому, начиная с протомистицизма – шаманизма огонь стал неотъемлемой частью мистической практики – ритуалов, магических действий, путешествий душ и сознания и т.д. В разных вариациях и у всех народов имели место боги, associated with fire. Это и многоликий огонь, свет, жар и пр.: космический всепорождающий огонь, и духовный свет личности, и духовный жар практикующего, и адский огонь низших миров, и гипнотические мерцания огня костра как центра магических действий, ритуалов, домашнего очага, дарящего жизнь, и мн. другое. Так, «укрощение огня» является одним из качеств шамана. Это способности – господство над огнем, нечувствительность к жару, в том числе и к «мистическому жару», наличие «внутреннего» огня, хождение по углям (огнехождение), умение переносить как экстремальный холод, так и температуру костра. Эти магико-религиозные качества, которые, наряду с другими не менее престижными способностями (вознесение, магический полет и т. п.) показывают, что ша-ман преодолел человеческое состояние и пребывает уже в состоянии «ду-хов».
Считаем, что дальнейшее изучение мистицизма в этнокультурном, пе-дагогическом, социальном аспектах имеет весьма важное теоретическое и практическое значение.
Список использованных источников
- Анохин А.М. Материалы по алтайскому шаманизму.- M., 1924.
- Анти-саентология. - St. Petersburg., 1998.
- Бог–человек–общество в традиционных культурах Востока. - M., 1993.
- Кардаш, С. Измененные состояния сознания / С. Кардаш. – Донецк, 1998.
- Lossky, Н.О. Чувственная, интеллектуальная и мистическая интуиция / Н.О. Lossky. - M., 1995.
- Наука и мистицизм ХХ века. - M., 1990.
- Потапов Л.П. Алтайский шаманизм / Л.П. Потапов. - L., 1991.
- Сагалаев А.М. Алтай в зеркале мифа / А.М. Сагалаев. – Новосибирск, 1992.
- Торчинов, Е. А. Religions of the World: experience of the beyond (трансперсональные состояния и психотехника) / Е. А. Торчинов. - St. Petersburg., 1997.
- Ушаков, П. In. Аскетико-мистические религиозные практики / П. In. Ушаков. – Барна-ул, 1999.
- Ushakov P.V. Человек в современном знании и мистических практиках. In 2 кн. KH. 2 : Мистицизм и мистические практики в антропологическом знании / PV. Ушаков. – Барнаул, 2009.
- Элиаде, М. Shamanizm: архаические техники экстаза / М. Элиаде. - Kiev, 1998.
- Энциклопедия мистицизма. - St. Petersburg., 1996.
Share in social. networks
